13.03.2008

Алевтина Кахідзе

Глаза моего мужа как у Жанны Самари*


— Кто такая Жанна Самари?
— Ее Ренуар написал.
— И что у твоего мужа глаза как у нее?
— Да.
— И что это значит?

 
 
Для проекта «Нежность»[1] я выставила репродукцию портрета Жанны Самари, признанной красавицы и актрисы, кисти французского художника-импрессиониста Ренуара и аматорский фотопортрет своего мужа. Инсталляция называлась «Глаза моего мужа как у Жанны Самари». 
 
В украинских изданиях «Глаза моего мужа как у Жанны Самари» сопровождался только словами сентиментальность[2]  и гипер-интимность [3]. Это не точно и не правильно. Мой проект был скорее ироничным, чем сентиментальным, скорее гипер-публичным, чем гипер-интимным. Я пишу это не просто так — у меня есть доводы. При сочетании с риском (мне ведь могли и не поверить, что глаза моего мужа как у Жанны Самари) сентиментальность не в состоянии доминировать, оставаться отдельно стоящим качеством. Более того, представьте мой проект с точностью наоборот: мужчина-художник утверждает, что глаза его жены как у мужчины с портрета!? А тот портрет, написанный женщиной, известной художницей и признанной всеми! Такого портрета и такой женщины не существует. А если мужчина-художник сделает такой проект – станет утверждать, что глаза его жены как у мужчины с портрета – то его не назовут сентиментальным. Аспект неравности, ирония, даже комизм собственного положения, вот что должно быть эпитетами моего проекта, а не сентиментальность. А теперь почему не верно, что проект — гипер-интимный. В проекте демонстрация «интимных» подробностей (как у кого глаза мужа) не ради чистой демонстрации, а ради стремления быть как Ренуар, как он создавать идеалы, как он иметь муз! И я так сделала, причем публично — все смотрели на него, а не на меня (как с Жанной Самари и Ренуаром — все смотрели на нее, а не на него). Поэтому мой проект не гипер-интимный [3], а гипер-публичный.
 
Но не было и конструктивной критики на счет моего проекта. Подумайте сами, в проекте использована цитата Ренуара (в позитивном смысле), но Ренуар — самый глупейший из всех импрессионистов в своих трактовках, что такое красота, что такое женщина. Всмотритесь, как написана Жанна Самари, как она стоит, как она одета, как приоткрыт ее ротик. Жанны Самари идеально подходит для иллюстрации полярности мужского и женского. Конечно, выбор этой цитаты мог быть случайным, но не настолько, чтобы не понимать выразительности собственного жеста в упомянутом контексте. Я даже думала, что напишут: «Алевтина манипулирует гендерными стереотипами и идет на поводу у вкусов широкой аудитории! Ренуар — это ограниченно! Более того, ей не удалось избежать рефлексивности, (присущей женщинам) — в проекте для собственного утверждения, она использую «мужскую» цитату — портрет Жанны Самари, написанный не женщиной!» А есть ли женские цитаты!? «Как и всеобщей рефлексивности — портрет Жанна Самари, написанная не украинским художником!» А есть ли украинские художники с известными всем портретами?
 
Мне правда жаль, но мой проект нельзя усовершенствовать, он не может быть лучше — не может быть без вышеупомянутых изъянов. Я и так делала все, что могла…[4]
 
 
 
 
[1]Инсталляция «Глаза моего мужа как у Жанны Самари» была выставлена в кураторском проекте Олеси Островской «Нежность» (Центр Сучасного Мистецтва при НаУКМА, 2003 год) Проект был сконцентрирован на вопросах о нецелесообразности фрагментации таких понятий, как например, «нежность», закрепляя их за женщиной — «материнская нежность», «женская нежность».
 
[2] «Нежность на салфетках» Максим Петрук «Сегодня», 14.06.2003, №1476: «Сентиментальной Алевтине Кахидзе кажется, что глаза ее второй половины как у Жанны Самари с известной картины Огюста Ренуара (для сравнения репродукция внушительных размеров тоже представлена).»
 
[3] «Honey, Honey, Baby…» Игорь Лямшин «Культура», 2.06.2003: «Равно как и «чувство доброе» вовсю излучаемое Алевтиной Кахидзе на свою сильную половинку. С умыслом или без, но глаза супруга ей показались похожими на глаза Жанны Самари, популярной актрисы ХІХ века (и, правда глаза ее как спелые вишни). В подтверждение чего выставлена фотокопия эрмитажного портрета (натуральную величину) кисти Огюста Ренуара, а через зал — фотоизображение самого супруга. Меж ними — слайд-фильм, в котором сопоставлены «нежно-сладкие айсы» столь разных людей. Надо думать, что разговор здесь идет даже не о камерности, что для искусства вовсе не грех, но скорее о гипер-интимности, завороженности своим же, слишком своим».
 
[4]в своем времени, своей ситуации, своем положении. 
 
 
*текст из проекта «Настоящая Алевтина»
 
«Настоящая Алевтина» — проект, инициированный Алевтиной Кахидзе для описания и критики собственной художественной деятельности.